- Автор темы
- #1
Основная информация
Имя и фамилия: Kai Lourensjan.
Пол: Мужской.
Возраст: 25 лет.
Дата рождения: 25 октября 2000 года.
Место жительства: Лос-Сантос, США.
Внешние признаки
Фото
Описание
Рост: 193 см.
Вес: 101 кг.
Цвет волос: Брюнет.
Цвет глаз: Зеленый.
Телосложение: Атлетическое.
Национальность: Американец.
Татуировки и прочее: Наличие татуировок на теле, шрамы на лице.
Родители
Виктор Лоуренсджан появился на свет 17 марта 1968 года. Рос он в самой обычной американской семье. В семье, на момент его рождения работали все: отец, мать и бабушки с дедушками. Отец у него был механиком, а мать – продавщицей в маленьком магазинчике. С малых лет Витю приучили к четкому расписанию: школа, потом помогай по дому, а на выходных – подрабатывай где сможешь. Он довольно рано понял простую вещь: всё, что в жизни держится крепко, держится потому, что кто-то каждый день прикладывает к этому усилия. У него в семье эти усилия прикладывали все. После школы он не стал ловить журавля в небе и сразу подал документы в технический колледж. Ему по кайфу было ковыряться с механизмами. Он обожал машины, по началу это было его хобби, а после уже стало профессией. Для него тут все четко и понятно. Он делал как надо, получая хорошие результаты от учебы. Через время, уже по окончанию обучения в колледже, он устроился техником по обслуживанию оборудования. Работа, конечно, не ахти какая престижная, но зато деньги платили без задержек, как у некоторых бывает. Благодаря этому Витя почти всегда чувствовал уверенность в завтрашнем дне. Виктор обычно больше молчал, чем говорил, можно сказать, что он не был разговорчивым. Не то чтобы он стремился влиться в огромную компанию, ему больше нравилось общаться с парой-тройкой проверенных знакомых и жить как жилось. Жизнь у Виктора шла своим чередом, тихо и спокойно, пока однажды он не встретил женщину. Вот тут-то все и перевернулось с ног на голову, и привычный уклад полетел просто в тартарары. Эта встреча изменила всё в его жизни и его жизнь уже не могла быть привычной.
Елена Лоуренсджан родилась 2 ноября 1970 года. Родители у неё были простые: мама была учительницей в школе, а папа за автобусной баранкой крутил. В отличие от своего брата Данила, Лена была девчонкой более общительной, но при этом рано научилась держать свои чувства при себе. Мать частенько таскала её с собой в школу, и Лена там пропадала часами, наблюдая за всякими людьми и их повадками учеников. Так она рано привыкла внимательно слушать людей и замечать детали, на которые обычно никто не обращал внимания. После школы она решила податься в педагоги, чтобы быть такой как мама, поступила в универ. Ей казалось крутым, что она может приносить пользу людям и видеть, как меняются их жизни благодаря её помощи. После универа она прямиком пошла работать в школу, но быстро поняла, что это не так легко, как она думала. Эта работа по чуть-чуть вытягивала из неё все соки, требуя тонну эмоций. Но, несмотря на все трудности, она не отступила от своей мечты и продолжила работать. Она оставалась невозмутимой, даже когда вокруг творится полный хаос.
В 1998-ом году Виктор и Елена случайно встретились. Она возвращалась с работы домой, как обычно бывает каждый день, кроме выходных, а он ждал автобус на той же остановке. Он спросил, сколько еще ждать автобус, а она, посмотрев на график, быстро ему ответила. После он спросил, что-то еще, а она, как и в первый раз начала ему объяснять. Так всё и началось. Он слушал, а она не болтала без умолку. Никто никуда не спешил, все шло своим чередом. Они ценили друг в друге принятие друг друга, такими, какими они были. Потом стали жить вместе, и жизнь была простая и хорошая. А 25 октября 2000 года у них родился сын, Кай Лоуренсджан.
Детство
Кай Лоуренсджан появился на свет не где-нибудь, а в самом центре штата - в Лос-Сантосе, 25 октября 2000 года. Город огромный, такой, что запросто мегаполисом можно назвать, и вся его семья там уже давно корни пустила. Сразу после рождения у него были серые глаза - как и у матери, обычные в общем-то, но со временем они стали его самой яркой особенностью. Рос он тихоней. В детстве истерик не было. Он был послушным. Отец с ним особо не сюсюкался, но и не бросал в трудную минуту, всегда следил, помогал, чтобы у сына было всё, что нужно. А вот мать была абсолютно другая, она очень внимательная ко всему. Елена всегда чувствовала, какое у него настроение, и старалась создать вокруг него уют и спокойную обстановку, чтоб сыну было комфортно. Самый первый, и по совместительству самый страшный шрам Кай заработал, когда ему было всего четыре года. Он просто игрался во дворе, бегал с другими детьми вокруг скамейки и в какой-то момент споткнулся о собственную ногу. Он просто не успел выставить руки даже. Он неудачно упал прямо лицом об угол металлической скамейки. Зацепило его губу, было очень много крови. Раны зажили, конечно, но остались тоненькие вертикальные полоски. Не сильно бросались в глаза, но с того момента они с ним остались навсегда. Такой вот парень рос в Лос-Сантосе.
Образование
В школе Кай особо не пользовался популярностью. Он не был тихоней, но и звездой класса тоже не был. Учился без происшествий. Легко щёлкал задачки по точным наукам, где надо было думать. С одноклассниками не враждовал, близких друзей не заводил. Держался, никого особо к себе не подпуская. В девять лет получил шрам на щеке в виде поцелуя – во дворе мальчишка задел его чем-то металлическим. Он поэтому поводу конечно не переживал, но травма есть травма. Осталась навсегда. В подростковом возрасте Кай стал немного замкнутым. Ему не нужны были тусовки, так как он предпочитал побыть один. Медициной, на удивление, он заинтересовался случайно: увидел на улице, как кому-то стало плохо. Как быстро приехали врачи, как чётко работали. Понял, что в медицине есть что-то важное и для людей, и для него самого. Стал почитывать книжки по биологии из любопытства. После школы, как и все, выбирал, куда пойти учиться. Выбрал медицинский университет. Учёба оказалась сложной для него, но весьма интересной. Лекции, семинары, конспекты – нужно было быть усидчивым и быстро переключаться. Отличником он не стал, да и не стремился. Просто старался делать всё, что мог. В один из дней группу студентов, в которой как раз был Кай отправили на практическое занятие в клику первой неотложной помощи. Совсем скоро, после того, как они приехали в эту клинику, туда на карете скорой помощи привезли пациента после ДТП. Тот был без сознания, и ребят - студентов как раз отправили быть ассистентами, помогать уже профессиональным медикам. Кай помогал пациенту, когда тот вдруг очнулся. От боли и стресса больной резко дернулся и головой случайно долбанул Кая прямо в лоб. Кожа рассеклась сразу же и на месте раны через время появился шрам в виде то ли креста, то ли меча, а над ним появились два маленьких симметричных рожка-шрама от той же раны. Кай от удара пошатнулся и зацепил лицом железку, это был подвесной светильник, как в операционной. Так появилась тонкая полоска-шрам посередине лица. Всё случилось в миг. Раны быстро обработали, зажили без проблем, но целых три шрама за буквально одну секунду остались на всю жизнь. После учёбы Кай получил диплом и стал врачом.
Кай, сразу после универа отправился прямиком в медицину. Он долго не метался между специальностями и себя долго не искал. Он чётко знал, куда идёт, и тянуть кота за хвост не собирался. Все эти “отдышаться после учёбы” - не его история и не его путь. Ему хотелось поскорее приступить к тому самому, к заветному - к работе. Поначалу было, конечно, стрёмно. Ведь люди новые, ритм другой, и ответственность - уже не как на экзамене, а по-настоящему, по-взрослому большая. Работа, ясное дело, нервная. Нужно держать себя в руках, соображать быстро. Решения иногда за секунды принимать приходилось, без возможности всё обдумать и взвесить. Бывало, что от его действий зависело очень многое, я бы сказал слишком многое. Это, конечно, давило, особенно первое время. Приходил домой как выжатый лимон, молчал. А в голове - день прошедший, лица, ситуации, его слова, его действия - в общем работа. Со временем научился не приносить работу домой, но в первые годы это было почти нереально. Но он быстро втянулся, привык отвечать за свои решения. Заметил, что перестал сомневаться там, где раньше мялся. Руки стали увереннее, движения чётче, а мысли гараздо спокойнее. Перестал смотреть на старших коллег снизу вверх, почувствовал себя с ними наравне. Его стали воспринимать не как салагу, а как человека, на которого можно положиться. Не сразу, конечно, но он сам почувствовал, как страх уступил место уверенности. Трудности его не пугали. Он воспринимал их не как непроходимая преграда на пути к счастью, а как часть дороги, которую всё равно нужно пройти. Если что-то не получалось сразу, возвращался к этому позже, разбирался, пока не въезжал до конца. Отмазки не искал, ответственность на других не перекладывал. Такой подход у него и раньше был, но работа эту черту окончательно закалила. Стал спокойнее относиться к напрягу, потому что понял, что справляться может. Жил сам по себе, от родителей не зависел, хотя и общался с ними. Снимал небольшую хату, обставленную почти как в евроремонте. Никаких дорогих вещей и домашнего уюта на показ. Это жилище было для него, его личным пространством. Тут он мог отдохнуть и побыть в тишине. Иногда звонил родителям вечером, спрашивал, как у них дела и делился немного новостями о себе. Старался без подробностей. Не хотел, чтобы они лишний раз переживали. Ему важно было, чтобы они знали, что у него всё в порядке. Жениться пока не собирался. Не чувствовал, что куда-то опаздывает. Вокруг были люди, которые торопились создать семью, но он на них не смотрел. Понимал, что к таким решениям нужно приходить не из-за времени или чужих ожиданий, а когда сам будешь к этому готов. Встречался с девчонками, но вести их в загс не планировал. Это многим девушкам не нравилось, ведь он успешный медик, а им хотелось побыстрей создать крепкую семью. Ему нравилось узнавать людей постепенно. Какие-то отношения заканчивались быстро, какие-то оставляли после себя более тёплый след, но он не цеплялся за то, что не клеилось. Не строил из себя никого, не пытался быть кем-то другим. Оставался собой, и этого было достаточно. Считал, что сначала нужно самому на ноги встать. Для него это означало не только постоянную работу, но и внутреннее ощущение стабильности и что-ли уверенности в завтрашнем дне. Хотел понимать, что может справиться с жизнью сам, без чьей-либо поддержки. Это было важно для его самоуважения. Работа для него была важнее всего. Она давала ему ощущение смысла и направления. Он знал, зачем просыпается утром и зачем двигается дальше, даже когда тяжело. Со временем он заметил, что именно работа сделала его тем, кем он стал. Более собранным, более спокойным и более уверенным в себе.
Настоящее время
Кай Лоуренсджан в свои 25 лет, все так же трудится медиком. Жизнь неплохо его потрепала с детства, да и работа спокойствия не добавляла. Потому и стал он таким – тихим, наблюдательным, немногословным. Болтать лишнего он не любит, лучше делом докажет то, что что-то может. С родителями отношения поддерживает. Он благодарен им за детство. Сейчас Кай сам себе хозяин, сам решения принимает и легких путей не ищет. Он сам кузнец своего счастья.
Итоги
1. Kai Lourensjan может носить татуировку "Two Horns" находясь в гос. структурах из-за шрама.
2. Kai Lourensjan может носить татуировку "Thogs Sword" находясь в гос. структурах из-за шрама.
3. Kai Lourensjan может носить татуировку "Stitches" находясь в гос. структурах из-за шрама.
4. Kai Lourensjan может носить татуировку "Lipstick Kiss" находясь в гос. структурах из-за шрама.
5. Kai Lourensjan может носить татуировку "Battle Mark" находясь в гос. структурах из-за шрама.
