- Автор темы
- #1
Основная информация
Имя и фамилия: Mikky Dark.
Пол: Мужской.
Возраст: 36 года.
Дата рождения: 10 марта 1988 года.
Место жительства: Лос-Сантос, США.
Внешние признаки
Рост: 185 см.
Вес: 93 кг.
Цвет волос: Брюнет.
Цвет глаз: Серые.
Телосложение: Спортивное.
Национальность: Американец.
Татуировки и прочее: Наличие татуировок на теле, шрамы на лице.
Родители
Имя и фамилия: Mikky Dark.
Пол: Мужской.
Возраст: 36 года.
Дата рождения: 10 марта 1988 года.
Место жительства: Лос-Сантос, США.
Внешние признаки
Рост: 185 см.
Вес: 93 кг.
Цвет волос: Брюнет.
Цвет глаз: Серые.
Телосложение: Спортивное.
Национальность: Американец.
Татуировки и прочее: Наличие татуировок на теле, шрамы на лице.
Родители
Оливер Дарк родился 13 февраля 1959 года в Лос-Сантосе. Его отец был очень известным криминальным авторитетом этого города. Да что там города - всего штата Альта. Его звали Урахара (по началу Ватанабе, а после Дарк). Так вот в его подчинении был почти весь Вайнвуд ведь он занимал “японский трон”. Его семья - правящее звено японской мафиозной группировки в центре штата. Но их никто никогда не искал. Видимо отец наладил связи с LSPD. Так вот у самого Оливера детство было весьма трудным. Разрешалось мало, а запрещалось многое. Ну во первых у ребенка не могло быть собственного мнения, решение и слово отца во все времена - закон для всей семьи. Мать у Оливера была женщиной с довольно хрупкой душевной натурой. Она очень переживала за мужа, а после и за своего единственного, ненаглядного сына. Примерно лет до 10 сам Оливер и не понимал чем же занимается его отец. Он, как и все ходил в школу, правда не совсем обычную. Это была приватная школа. И на секции не он ходил, а они приходили к нему. Лучшие мастера единоборств со всего штата были вынуждены обучать потомка Урахары, не из-за страха, а из-за очень сильного уважения. Лет с шестнадцати отец понемногу начал брать сына с собой на бизнес встречи и не только. Это были и конференции и забивы, и даже вооруженные конфликты за предприятия. С каждым годом он начал взрослеть всё быстрее. Возможно он и не хотел этого, но так сложились обстоятельства. Он видел, как люди улыбаются его отцу и в этот же момент очень его боятся. После таких встреч, на которые его звал отец, Оливер долго молча, обдумывал всё. Он привык все переваривать, сначала подумать, а уже после что-либо делать. Мальчик Оливер должен был строго следовать ежедневному распорядку. Школа-дом-тренировка-дом. Не было места для ошибок. Слабость встречали с неодобрением. Однако его отец не воспитывал его так, чтобы он легко сдавался. Отец наблюдал за ним и позволял ему принимать собственные решения. Иногда Оливер делал неверный выбор. Тогда отец кратко и твердо объяснял ему ситуацию и на этом заканчивал. Так отец учил его, что именно последствия его поступков делают человека. Но с матерью жизнь Оливера была другой. Мать старалась сделать его жизнь максимально нормальной. Они разговаривали, ужинали вместе и проводили тихие минуты без напряжения. В большинстве случаев матери это удавалось. Иногда у нее не получалось. Но она знала, какой жизнью живет ее сын, и поэтому крепко держала его за руку. Когда Оливер был в том возрасте, когда уже знал все правила игры, он не торопился и не задавал лишних вопросов. Он слушал и ждал. Он знал, что сила любит спокойствие, а поспешность может сломать даже самого сильного. Для него Вайнвуд был больше, чем просто район. Это была его территория, место, где все знали, чья это территория. Жизнь Оливера протекала без шума и легенд. Она протекала тихо и постепенно. В какой-то момент стало ясно, что Оливер больше не был просто сыном Урахары. Это не было сразу очевидно. Но это было только начало.
Оливия Дарк (в девичестве Окатабай) родилась в Лос-Сантосе, в семье, где многое решалось тихо и без лишних слов. Это было 12 февраля 1959 года. Её родители были людьми не публичными, но в своём кругу очень весомыми. Отец имел прямое отношение к японской мафии штата Альта. Не бегал с оружием и не кричал о власти. Он договаривался. А это, как известно, куда сильнее. Мать жила рядом с этим миром всю жизнь и давно привыкла держать лицо, даже когда внутри всё сжималось. Детство Оливии было спокойным, хотя и не совсем свободным. Вместо абсолютной свободы её учили думать, подбирать слова и понимать людей. В доме часто бывали гости, и Оливия рано усвоила, что порой молчание говорит больше, чем любой ответ. Она росла мягкой снаружи, но с сильным характером внутри. Она училась в частной школе. Занималась на отлично, при этом без лишнего усердия. На неё не давили, не ломали, но и иллюзий не питали. С малых лет она знала, что мир не всегда справедлив и добр. Но он предсказуем, если уметь слушать и смотреть по сторонам. Семьи Дарков (Ванатабе) и Окатабай дружили давно. Это давняя история, ещё до громких имён и больших денег. Оливия знала Оливера с детства. Они часто виделись, иногда разговаривали, иногда просто проводили время вместе. Без обещаний и драм. Всё шло своим чередом. Взрослея, она становилась всё спокойнее и собраннее. Не стремилась быть первой, не искала внимания. Но в нужный момент умела сказать то, что нужно. Её жизнь казалась обычной. Почти. И в этом была суть. За внешней невозмутимостью всегда скрывалось нечто большее.
Оливер и Оливия познакомились в раннем детстве, когда еще не до конца понимали окружающий мир. Их просто привели в один дом, где взрослые общались, а дети играли рядом. Так началось их знакомство. Сначала это было обычное детское общение. Они иногда вместе играли, иногда гуляли под присмотром, а иногда скрывались от родителей вместе. Они виделись не каждый день, но достаточно часто, чтобы привыкнуть друг к другу. Между ними не было неловкости, скорее, ощущение, что так и должно быть. Со временем они стали замечать перемены в поведении взрослых, обрывки фраз, повторяющиеся лица. Оливер был более сдержанным, а Оливия стала более внимательной. Он молчал чаще, она задавала вопросы, когда ей было что спросить. В подростковом возрасте все стало на свои места. Они уже знали, чьи они дети, и что это значит. Их общение стало глубже и спокойнее. Иногда это были просто совместные поездки куда-то, иногда что либо другое. Внезапной любви не было у них, но была привычка быть вместе и было доверие, которое формируется годами. Они взрослели вместе и постепенно стали частью жизни друг друга. И никто из них не мог сказать точно, когда именно это переросло во что-то большее.
Оливия Дарк (в девичестве Окатабай) родилась в Лос-Сантосе, в семье, где многое решалось тихо и без лишних слов. Это было 12 февраля 1959 года. Её родители были людьми не публичными, но в своём кругу очень весомыми. Отец имел прямое отношение к японской мафии штата Альта. Не бегал с оружием и не кричал о власти. Он договаривался. А это, как известно, куда сильнее. Мать жила рядом с этим миром всю жизнь и давно привыкла держать лицо, даже когда внутри всё сжималось. Детство Оливии было спокойным, хотя и не совсем свободным. Вместо абсолютной свободы её учили думать, подбирать слова и понимать людей. В доме часто бывали гости, и Оливия рано усвоила, что порой молчание говорит больше, чем любой ответ. Она росла мягкой снаружи, но с сильным характером внутри. Она училась в частной школе. Занималась на отлично, при этом без лишнего усердия. На неё не давили, не ломали, но и иллюзий не питали. С малых лет она знала, что мир не всегда справедлив и добр. Но он предсказуем, если уметь слушать и смотреть по сторонам. Семьи Дарков (Ванатабе) и Окатабай дружили давно. Это давняя история, ещё до громких имён и больших денег. Оливия знала Оливера с детства. Они часто виделись, иногда разговаривали, иногда просто проводили время вместе. Без обещаний и драм. Всё шло своим чередом. Взрослея, она становилась всё спокойнее и собраннее. Не стремилась быть первой, не искала внимания. Но в нужный момент умела сказать то, что нужно. Её жизнь казалась обычной. Почти. И в этом была суть. За внешней невозмутимостью всегда скрывалось нечто большее.
Оливер и Оливия познакомились в раннем детстве, когда еще не до конца понимали окружающий мир. Их просто привели в один дом, где взрослые общались, а дети играли рядом. Так началось их знакомство. Сначала это было обычное детское общение. Они иногда вместе играли, иногда гуляли под присмотром, а иногда скрывались от родителей вместе. Они виделись не каждый день, но достаточно часто, чтобы привыкнуть друг к другу. Между ними не было неловкости, скорее, ощущение, что так и должно быть. Со временем они стали замечать перемены в поведении взрослых, обрывки фраз, повторяющиеся лица. Оливер был более сдержанным, а Оливия стала более внимательной. Он молчал чаще, она задавала вопросы, когда ей было что спросить. В подростковом возрасте все стало на свои места. Они уже знали, чьи они дети, и что это значит. Их общение стало глубже и спокойнее. Иногда это были просто совместные поездки куда-то, иногда что либо другое. Внезапной любви не было у них, но была привычка быть вместе и было доверие, которое формируется годами. Они взрослели вместе и постепенно стали частью жизни друг друга. И никто из них не мог сказать точно, когда именно это переросло во что-то большее.
Детство
Mikky Dark родился 10 марта 1988 года в Лос-Сантосе. Его рождения все члены семьи очень ждали. Его появления не афишировали и специально старались скрыть от всех лишних глаз, дабы обезопасить. Меньше шума вокруг его рождения - более безопасней будет малышу. С самого раннего возраста он рос среди тишины, охраны и полутонов. Родители старались дать ему обычное детство, насколько это вообще было возможно в их положении. Отец знал, каково расти в семье, где ко всему принуждают и старался делать все наоборот. Травмы появились рано. Почти сразу после того, как он начал говорить у него уже начали появлятся первые из них. В его жизни случился один случай, о котором в семье предпочитали не вспоминать. Это произошло во время переезда. Небольшая поездка, привычный маршрут. Но кортеж затормозил слишком резко. Машину занесло в кювет, и Микки ударился лицом о металлическую перегородку сиденья. Рана, на глубокое удивление, оказалась глубокой. Врачи действовали быстро как могли, ведь знали ценой их ошибки станет их голова, но о точности тогда не заботились. Так на середине его лица появился шрам - от уха до уха, через нос. Ровный, почти симметричный. Словно кто-то провёл черту, разделив его жизнь на до и после. Два красных пятна на левой щеке появились еще позже. Все думали что это у Микки черная полоса. Это не было ни травмой, ни насилием. Обычная врачебная ошибка. Одно из средств для восстановления кожи вызвало тяжелую реакцию. Воспаление прошло, но шрам остался. Странной формы, будто насмешливый. Врачи назвали это особенностью заживления. Шрам в форме поцелуя на правой щеке появился во время тренировки. Микки был ещё слишком юн для интенсивных занятий, но тренировки всё равно были необходимы. Один неверный поворот, несоблюдение дистанции, удар тренировочным клинком с защитной кромкой. Все надеялись, что каждая травма из предидущих была последней, но нет. Полосы на губах - следствие тяжелого перетекания болезни в детстве. Сильная аллергическая реакция, потеря дыхания, срочная помощь. Врачи спасли ему жизнь, но ткань губ была повреждена. Швы наложили быстро. Тогда мало заботились про красоту, главное спасти ребенка. Все эти отметины появились не в один день и не по одной причине. Микки рано понял, что тело может помнить то, о чём семья предпочитает умалчивать.
Образование
Микки выучился в закрытой школе. Это позволяло избежать лишних взглядов, домыслов и опасностей. Он занимался тихо, без показного успеха. Его серые глаза всегда смотрели пристально, словно он что-то постоянно обдумывал. Он не был конфликтным, но и простым его не считали. Преподаватели чувствовали отстраненность. А одноклассники боялись его и его семью, но так как родителями всех одноклассников были членами той же группировки, где его отец - лидер, они молчали. Став старше, он начал тяготеть не к силе, а к порядку. Ему были интересны правила, документы, системы; почему одно решение работает, а другое все рушит. После школы он осознанно и хладнокровно выбрал высшее образование в области права. Он решил встать на путь праведный, стать государственным сотрудником, не боясь осуждений от родителей. Это не было бунтом против семьи, а скорее иным способом выживания в том же мире.
Взрослая жизнь
Во взрослой жизни у Микки было все стабильно. Родители отпустили сына, а он закрыл глаза на их криминальное прошлое. Он не рвался в бизнес и не лез в тень. Его путь был другим. Он стажировался. Работал с бумагами. Учился быть незаметным, но полезным. Шрамы давно стали частью его лица, а не истории. Люди смотрели. Он привык. Он не завел семьи. Он был надёжным, умным, смиренным, расторопным, сильным, сдержанным, дисциплинированным, терпеливым, внимательным, рассудительным, ответственным, выдержанным, наблюдательным, спокойным, принципиальным, аккуратным, стрессоустойчивым, лояльным, собранным, самостоятельным.
Настоящее время
В конечном счете, Микки Дарк оказался там, где так хотел. Он работает в мэрии Лос-Сантоса, в самой системе. Не на вершине, но и не внизу. Он понимает, как город живет, где у него слабые места и где он обманывает. Он не забывает свое прошлое, не отказывается от него и не в коем случае не презирает его. Но он продолжает жить, открыто, не скрывая шрамов, и с ощущением, что его история еще не закончена.
Итоги
1. Mikky Dark может носить татуировку "Battle Mark" находясь в гос. структурах из-за шрама, полученного в детстве.
2. Mikky Dark может носить татуировку "Lipstick Kiss" находясь в гос. структурах из-за шрама, полученного в детстве.
3. Mikky Dark может носить татуировку "Hearts" находясь в гос. структурах из-за шрама, полученного в детстве.
4. Mikky Dark может носить татуировку "Stitches" находясь в гос. структурах из-за шрама, полученного в детстве.
2. Mikky Dark может носить татуировку "Lipstick Kiss" находясь в гос. структурах из-за шрама, полученного в детстве.
3. Mikky Dark может носить татуировку "Hearts" находясь в гос. структурах из-за шрама, полученного в детстве.
4. Mikky Dark может носить татуировку "Stitches" находясь в гос. структурах из-за шрама, полученного в детстве.
Последнее редактирование:
