Детство (0–12 лет)
Arc Owned родился 27 октября 1991 года в Анкоридже, на Аляске. Семья у него была самая обычная только на первый взгляд. Отец, Нэйтан, работал на грузовом терминале, чинил технику и соглашался почти на любую подработку, если за неё нормально платили. Мать, Элена, когда-то работала официанткой, но со временем забросила работу. Дома часто ругались. Нэйтан всё больше пил, а Элена подсела на лекарства, которые принимала без назначения врача. Поначалу родные, наверное, ещё надеялись, что это временно. Но ничего не менялось, и семья постепенно разваливалась. В 1993 году, когда Арку было два года, они перебрались из Анкориджа в Лос-Сантос. Нэйтану предложили работу, а Элена решила, что переезд поможет начать всё заново. Несколько месяцев действительно казалось, что жизнь налаживается. Потом старые проблемы вернулись. Деньги уходили на алкоголь и таблетки, а на обычные вещи - еду, одежду, оплату квартиры - их постоянно не хватало. Арк рос на юге Лос-Анджелеса. Вокруг были старые многоквартирные дома, небольшие магазины и автомастерские. На улицах то и дело вспыхивали ссоры, и местные с детства знали, к кому лучше не лезть. Взрослые не всегда приходили на помощь, даже если видели, что ребёнок попал в беду. Арк быстро привык к мысли, что рассчитывать в первую очередь придётся на себя. Самые ранние воспоминания у Арка были обрывочными. Ночной телевизор, запах сигарет на кухне, крики родителей и долгое ожидание, когда Нэйтан наконец вернётся домой. Отец часто обещал прийти вечером, а потом пропадал на сутки. И всё же он не всегда был плохим. Иногда приносил Арку старые игрушки, разбирал вместе с ним какие-нибудь механизмы и рассказывал, как найти причину поломки. В такие минуты мальчик снова начинал верить, что отец может измениться. Обычно это чувство долго не держалось. Элена тоже бывала другой. В редкие спокойные дни она читала сыну, готовила ужин и рассказывала, что когда-нибудь хочет увидеть море за пределами Калифорнии. Арк запомнил эти разговоры, хотя с каждым годом их становилось всё меньше. Чаще мать раздражалась, забывала обещания или снова просила денег, которых в доме и так почти не оставалось. В семь лет Арк всерьёз заинтересовался компьютерами. Дома стоял старый настольный компьютер, который Нэйтан купил у знакомого после списания техники на работе. Машина шумела, зависала и не всегда включалась с первого раза. Для кого-то это был бесполезный хлам, а Арку хотелось узнать, как он устроен и почему вообще работает. Сперва он запускал простые игры, рассматривал картинки и слушал музыку. Потом начал задаваться вопросами, как компьютер понимает команды, куда сохраняет файлы, почему появляются ошибки. Он мог сидеть перед экраном часами. Если что-то не получалось, пробовал ещё раз, менял настройки и смотрел, что из этого выйдет. Недалеко от дома была мастерская по ремонту электроники. Ею заведовал Томас Рид. Он чинил телевизоры, игровые приставки и компьютеры, а ненужные детали иногда отдавал Арку. Мальчик сначала просто крутился рядом, подавал инструменты, убирал провода, наблюдал за работой. Позже Томас разрешил ему оставаться после закрытия и пользоваться одним из старых компьютеров. Там Арк начал разбираться в операционных системах и искать в интернете материалы по программированию. Никто не заставлял его учиться. Да и о профессии он тогда особо не думал. Ему нравилось другое. Компьютер не кричал на него и не менял правила из-за плохого настроения. Если программа ломалась, значит, была причина. Нужно было только найти её. К девяти годам он уже умел ставить простые программы, исправлять некоторые ошибки и оживлять компьютер после сбоев. Томас заметил, что мальчик быстро схватывает новое и способен долго заниматься одним делом. Он стал давать ему небольшие задания, объяснял основы логики и показывал, как работают команды. Арк вскоре начал менять код самостоятельно, просто чтобы посмотреть, что произойдёт. Тем временем дома всё становилось хуже. Нэйтан пропускал смены и терял работу за работой, а Элена почти перестала искать постоянный заработок. Счета копились, хозяин квартиры всё чаще говорил о выселении, а холодильник порой пустовал по несколько дней. Арк рано научился считать деньги и следить за запасами еды. Просить что-то у родителей он почти перестал. Обычно это ничего не меняло. Лет с десяти он начал сам зарабатывать на мелкие расходы. Помогал в небольшом магазине, носил покупки пожилым соседям, разгружал коробки и брался за другие поручения. Деньги уходили на еду и школьные вещи. Иногда Арк сам покупал продукты домой. Он надеялся, что родители хотя бы в этот раз не потратят их на алкоголь и лекарства. Постепенно он познакомился с местными подростками, которые почти всё время проводили на улице. Они знали, где можно найти подработку, кого лучше обходить стороной и в какие дворы не стоит заходить. Арк не пытался сразу стать частью какой-то компании. Он больше слушал, смотрел по сторонам и запоминал. Ему хотелось понять, почему одним разрешено ходить по всему району, а другим лучше не показываться даже на соседней улице. В одиннадцать лет он познакомился с Рафаэлем Морено, которого все звали Рафой. Рафаэль ремонтировал машины и электронику, знал людей из разных уличных компаний и умел разговаривать даже с теми, кто друг друга терпеть не мог. Воспитывать чужого ребёнка он не собирался, но быстро заметил, что Арк не похож на других мальчишек его возраста. Арк хорошо запоминал разговоры, подмечал мелочи и не болтал попусту. Рафаэль стал звать его в мастерскую. Поначалу поручал простые дела, разобрать детали, проверить телефон, привести в порядок бумаги или найти что-то в интернете. Работа была несложной, зато Арк мог учиться и получать за неё деньги. Со временем к нему стали обращаться и другие посетители. Кто-то хотел вернуть потерянные файлы, кому-то нужно было починить компьютер или разобраться с телефоном. Арк понял, что его увлечение может приносить настоящий доход. Тогда он ещё не знал, насколько близко мастерская связана с людьми, которые живут совсем не по закону. К двенадцати годам он уже видел обе стороны своего района. С одной стороны - школа, книги, подработки и компьютеры. С другой - долги, угрозы, уличные драки и люди, способные решить чужую проблему одним звонком. Сам Арк ещё не считал себя частью криминального мира. Просто тот всё время был рядом, а когда ему самому требовалась помощь, чаще других её предлагали именно люди из этого окружения.
Юность (12–17 лет)
К двенадцати годам Арк почти перестал верить, что родители когда-нибудь возьмутся за себя. Нэйтан уже с трудом держался за работу. Он мог пропасть на несколько дней, а потом вернуться домой в таком состоянии, что любое слово выводило его из себя. Арк старался не спорить с отцом, но обещания, что всё изменится, давно перестали для него что-то значить. Весной 2004 года Нэйтан умер от передозировки. На тот момент Арку было двенадцать. На похороны пришло мало людей. Кто-то сказал несколько слов соболезнования, кто-то вообще не появился. Арк держался тихо и почти ничего не показывал. Он слушал взрослых и всё никак не мог понять, почему люди, которые знали о проблемах его отца, годами делали вид, что ничего особенного не происходит. После смерти мужа Элена стала пить ещё больше. Она уверяла сына, что теперь они смогут начать сначала, но всё чаще уходила в запои. Иногда винила себя, иногда обвиняла всех вокруг. Арк приносил домой продукты, убирал, следил, чтобы в квартире оставалось хоть что-то необходимое, и старался быть рядом, когда матери становилось плохо. Из-за этого он всё чаще пропускал школу. Учителя звонили Элене, но она не отвечала или обещала прийти и не появлялась. Арк всё равно старался учиться. Он видел в образовании один из немногих шансов выбраться из жизни, в которой оказался, хотя тогда ещё не представлял, как именно это сделать. В 2005 году Элена погибла в автомобильной аварии. По заключению следствия, перед поездкой она употребляла алкоголь и лекарства. Арку было тринадцать. За короткое время он потерял обоих родителей, а близких родственников, готовых забрать его к себе, не нашлось. После смерти матери Арка отправили под опеку. Несколько недель он провёл в учреждении временного размещения. Всё там шло по расписанию, подъём, еда, занятия, разговоры с сотрудниками. Арку тяжело давалось постоянное наблюдение. Он не доверял незнакомым взрослым, почти ничего не рассказывал о себе и старался держаться отдельно от остальных. Поначалу он всё ещё ждал, что кто-нибудь из родни объявится и заберёт его. Но знакомые родителей сами едва сводили концы с концами, а некоторые просто не хотели брать на себя такую ответственность. В какой-то момент Арк перестал ждать. Надеяться было не на кого, и он это принял - пусть и не сразу. Он начал уходить из учреждения без разрешения. Сначала ненадолго, к Рафаэлю в мастерскую. Там можно было несколько часов чинить технику и не думать о том, что случилось. Потом Арк стал пропадать на всё более долгие сроки. Однажды он просто не вернулся. Ни жилья, ни денег, ни плана у него не было. Он знал только, что не хочет снова оказаться в месте, которое домом для него не стало. Рафаэль не стал допытываться, почему мальчик ушёл и что собирается делать дальше. Он выделил ему угол в подсобке, разрешил пользоваться душем и хранить вещи в старом шкафчике. Взамен Арк убирал мастерскую, помогал с поручениями и занимался техникой клиентов. Сперва Рафаэль считал, что это ненадолго. Но постепенно стало ясно, для Арка мастерская была единственным местом, где он чувствовал себя хоть немного в безопасности. В уличную жизнь Арк втянулся не за один день. Не было такого, чтобы он однажды проснулся и решил стать преступником. Всё шло постепенно. Он оставался после закрытия, слушал разговоры посетителей, а потом начал передавать сообщения, искать людей и относить конверты. За такие поручения платили деньгами, давали еду или просто позволяли переночевать там, где его не тронут. Арк не всегда понимал, чем занимаются люди, которым помогал. Но довольно быстро научился замечать, когда лучше отказаться. Самые опасные, как он убедился, не обязательно кричат или машут оружием. Некоторые говорят тихо и не повторяют просьбу второй раз. Рафаэль объяснял ему простые вещи. На улице нужны не только сила и связи. Надо помнить договорённости, не опаздывать, держать язык за зубами и не лезть в чужие дела без приглашения. В четырнадцать лет Арк впервые напрямую столкнулся с криминальной работой. Один из постоянных клиентов попросил восстановить данные со старого компьютера. В нём хранились записи о товарах, долгах и расчётах. Для Арка это выглядело обычной задачей. Но стоило вернуть часть файлов, как взрослые начали интересоваться ими куда сильнее, чем самим компьютером. Тогда он впервые задумался, что именно за информацию ему поручают восстанавливать. После этого задания стали сложнее. Арк восстанавливал файлы, проверял электронные документы, разбирал таблицы и сводил разрозненные записи в понятный вид. В уличных разборках он не участвовал и опасного из себя не строил. Со временем окружающие поняли, что от него больше пользы за компьютером, чем с оружием на улице. К пятнадцати годам Арк уже неплохо разбирался в операционных системах и основах программирования. Он писал простые инструменты, искал ошибки в программах и часто просиживал за компьютером до утра. Ему хотелось понять, как устроены системы и что можно сделать, если разобраться в их слабых местах. Примерно тогда он впервые попробовал проникнуть в чужие системы без разрешения. Сначала это было скорее любопытство, ему хотелось проверить, сможет ли он добраться туда, куда другим попасть не удавалось. Первые попытки заканчивались провалами. Арк разбирался, что пошло не так, возвращался к материалам и пробовал снова. С каждым годом он всё лучше понимал программирование и компьютерную безопасность. О его способностях услышал Виктор Маленков - посредник, который общался с представителями русской мафии и местными предпринимателями. Сразу доверять подростку серьёзные дела он не стал. Для начала попросил привести в порядок старые электронные записи компании, через которую проходило много платежей. Потом появились другие поручения, что-то проверить, восстановить потерянные данные, разобраться с техникой. Арк справился, и Виктор стал обращаться к нему снова. Так он познакомился с людьми из русской мафии. Никаких громких обещаний и разговоров об оружии поначалу не было - только встречи и техническая работа. Маленкову нужен был человек, который умеет обращаться с информацией и не рассказывает лишнего. Арку нужны были деньги, знания и возможность самому решать, что делать со своей жизнью. Становиться обычным исполнителем он не собирался. Арк видел, как быстро меняется положение уличных авторитетов. Сегодня человека боятся на одном перекрёстке, а завтра он теряет влияние из-за сорванной сделки. Компьютерные навыки давали Арку другой путь. Он мог работать на расстоянии и не зависеть напрямую от того, кто контролировал конкретный район. В шестнадцать лет через владельца автомастерской он познакомился с Лоренцо Беллини, который отвечал за часть дел итальянской группировки. Лоренцо не особенно интересовали рассказы о талантливом подростке. Ему требовался человек, который просто делает работу и не подводит. Арку поручили проверить электронные документы небольшого предприятия, связанного с автомобильным бизнесом. Он справился, и вскоре ему стали передавать новые задания, разбирать записи, восстанавливать архивы, приводить бумаги в порядок. Работа с итальянцами отличалась от прежних поручений. Тут мало было уметь пользоваться компьютером. Нужно было соблюдать договорённости, не упускать мелочи и объяснять людям без технического опыта, что именно происходит. Арк постепенно понял, что одних знаний недостаточно - надо ещё уметь применять их на практике. В семнадцать лет Рафаэль познакомил его с Арманом Саркисяном. Арман был связан с армянской криминальной средой, торговлей автомобильными деталями и посредническими услугами. Новым людям он доверял неохотно. Сначала давал Арку мелкие поручения и смотрел, как тот с ними справляется. Позже Саркисян стал просить его помогать с хранением данных, учётом товаров и проверкой электронных записей. Благодаря этому Арк лучше разобрался в том, как работают небольшие предприятия, почему в финансовых документах появляются ошибки и к чему они могут привести. К концу подросткового возраста Арк уже знал, чего от себя ждать. Он не изображал бесстрашного уличного бойца, не искал поводов подраться и не пытался всем доказать, что его нельзя тронуть. Он был внимательным, терпеливым и быстро учился. Но чем больше он узнавал и чем полезнее становился для знакомых, тем яснее видел, связи, которые помогли ему выжить, однажды могут стать ловушкой.
Молодость (18–25 лет)
В восемнадцать лет Арк окончательно перебрался в Лос-Сантос. К тому моменту он уже несколько лет жил почти самостоятельно, учился программированию и выполнял поручения людей, о которых не стоило рассказывать посторонним. Богатой семьи, престижного диплома и накоплений у него не было. Зато он умел разбираться в непростых задачах и быстро осваивал то, чего раньше не знал. Чтобы получать стабильную зарплату и не привлекать внимания, Арк устроился в небольшую фирму по ремонту компьютеров и обслуживанию офисной техники. Работа была обычной, зато давала деньги на оборудование и помогала поддерживать видимость спокойной жизни. В свободное время он продолжал изучать программирование, сети, защиту информации и финансовые системы. В Лос-Сантосе всё было куда крупнее, чем в районе, где он вырос. Здесь действовали разные преступные организации, у каждой были свои связи, интересы и люди, отвечавшие за отдельные дела. Некоторые группировки годами работали вместе, другие становились врагами из-за одной неудачной встречи или сообщения, которое кто-то понял неправильно. Арк не пытался сразу со всеми подружиться. Он знал, что слишком близкие отношения с враждующими сторонами рано или поздно обернутся проблемами. Поэтому знакомился постепенно, чаще через тех, кому уже доверял. Чужие разговоры не пересказывал, подробностями поручений не делился и лишнего не обещал. В девятнадцать лет он познакомился с Кэндзи Ватанабэ, связанным с японской криминальной группой, которая занималась поставками электроники и разными коммерческими делами. Их свёл общий знакомый одной небольшой торговой компании понадобилась помощь с техникой и электронными документами. Сначала Арк выполнял обычные задания. Но Кэндзи быстро заметил, что тот умеет не только исправлять ошибки. Арк находил связи между данными, которые на первый взгляд никак не относились друг к другу. После этого ему стали поручать более серьёзную работу. Японские партнёры ценили его за привычку всё перепроверять. Арк не делал выводов наспех и предупреждал, если видел риск. А если не был уверен в результате, говорил об этом прямо. Обещать невозможное ради хорошего впечатления он не любил. Позже в его окружении появился Сантьяго Рейес - человек со связями в мексиканской криминальной среде. Он знал торговцев, водителей и владельцев небольших предприятий. Сантьяго предпочитал говорить по делу и не тратить время на технические объяснения. Ему нужно было, чтобы работа была выполнена вовремя, а нужная информация попала к нужному человеку. Арк со временем научился понимать, чего именно хочет Сантьяго, и превращать расплывчатые просьбы в конкретные задачи. В ответ он объяснял, почему некоторые вещи нельзя сделать мгновенно и чем может закончиться спешка. К двадцати годам у Арка уже были контакты в русской, итальянской, армянской, японской и мексиканской мафиях. Но это не означало, что все пять организаций полностью ему доверяли. С каждой его связывала отдельная история. Одни ценили его знания, другие - аккуратность, третьи - способность разбираться в большом количестве информации и не путаться в деталях. Одного программирования со временем стало мало. Арку приходилось изучать документы, основы бухгалтерии, цифровые платежи и новые финансовые инструменты. Он читал, сравнивал подходы и учился на собственных ошибках. В этой работе быстро становилось понятно, что незнание мелочей может дорого обойтись. Менялось и его отношение к деньгам. В детстве они означали еду и крышу над головой. В подростковом возрасте - возможность меньше зависеть от случайных знакомых. Теперь деньги давали выбор. Купить оборудование, нанять специалиста, запустить проект или пережить период, когда заказов мало. К двадцати одному году Арка уже приглашали восстанавливать данные, проверять электронные документы и разбираться в непростых финансовых операциях. Часть клиентов занималась обычным бизнесом, часть использовала его навыки незаконно. Арк старался не смешивать официальную работу с личными связями и не раскрывал своё имя без необходимости. Чем больше людей он знал, тем легче было оказаться между чужими интересами. В какой-то момент всё равно пришлось бы решить, что важнее, собственная безопасность или люди, которые привыкли на него полагаться. Этот момент настал в 2014 году. Арку было двадцать два. FIB готовило крупную операцию против нескольких организаций, связанных общими деловыми контактами. Следствие заинтересовалось людьми из окружения Арка и компаниями, через которые проходили большие суммы. Собранные документы могли показать, как именно были связаны участники предполагаемой преступной схемы. Сначала до Арка доходили только слухи. Кто-то отменял встречи, кто-то переставал отвечать на звонки, кто-то внезапно менял привычный способ связи. Он замечал эти перемены, но не делал выводов сразу. По опыту он знал, когда сведений мало, поспешное решение может только ухудшить положение. Позже ему позвонил один из давних союзников. Разговор получился коротким и тяжёлым. Арку сообщили, что FIB готовит рейд, который может затронуть сразу нескольких связанных между собой людей. Речь шла не о проверке одной фирмы. Расследование грозило разрушить старые связи и серьёзно ударить по тем, с кем он работал. Его попросили вмешаться. В их кругу было мало людей, которые так же хорошо разбирались в цифровых данных, документах и финансовых архивах. Арк мог оценить, насколько серьёзна угроза, и помочь разобраться в ситуации. Он не сразу согласился. Раньше ему приходилось решать отдельные проблемы, а теперь на кону стояло гораздо больше. Провал мог стоить денег, связей и привычной жизни. Но и отказ не был безопасным вариантом, союзники могли решить, что он бросил их в самый тяжёлый момент. В конце концов Арк согласился не только из-за возможной оплаты. Он помнил, каково это - остаться одному, когда помощи ждать неоткуда. Он не считал криминальные связи настоящей семьёй, но не хотел отворачиваться от людей, которые когда-то поддержали его, когда у него самого почти ничего не было. Так началась подготовка операции Hidden Zeland. Арк старался не поддаваться панике. Он понимал, что даже небольшая ошибка может ударить по всем участникам. Вместе с ним работали несколько проверенных людей. Одни знали, как устроены компании изнутри, другие разбирались в документах, третьи могли определить, какие сведения опаснее всего. Арк собирал информацию, сверял данные и помогал договориться тем, кто раньше редко работал вместе. Он не принимал слухи за правду и возвращался к любому противоречию, пока не находил объяснение. При этом он не питал иллюзий, будто всё под контролем. Данные приходили через посредников, кто-то мог скрывать собственные интересы, а у FIB наверняка имелось то, о чём союзники даже не догадывались. Подготовка заняла несколько недель. Чем ближе был день рейда, тем нервнее становились участники. Одни требовали ускорить всё, другие предлагали отказаться от плана и переждать. Арк проверял новые сведения, обсуждал возможные последствия и старался не дать людям сорваться на эмоции. Ошибка одного могла испортить всё для остальных. Когда настал день операции, он почти не отвлекался от своей части работы. На кону были свобода и безопасность людей, с которыми он имел дело много лет. Несколько раз план пришлось пересматривать, часть сведений не совпала с тем, что ожидали увидеть участники. В итоге Hidden Zeland прошла успешно. К моменту рейда цифровые материалы, которые могли связать союзников Арка с преступлениями, оказались недоступны следствию. FIB не смогло собрать достаточно доказательств, чтобы подтвердить предполагаемые связи между участниками расследования. Люди, ради которых всё затевалось, избежали проблем именно с теми данными, на которых строилось дело. Для них это стало переломным моментом. Большую часть прежних связей удалось сохранить, и со временем жизнь вернулась к привычному ритму. Люди, которые ещё недавно готовились к худшему, снова занялись своими делами. Имя Арка всё чаще звучало в разговорах, хотя далеко не все знали, какую роль он сыграл. Сам он победу отмечать не стал. Он слишком хорошо знал, что даже после удачного исхода остаются свидетели, воспоминания и случайные детали, которые могут всплыть через годы. У следствия могли появиться новые вопросы, даже если сейчас ему не хватало доказательств. После Hidden Zeland Арк решил ненадолго отойти в сторону. Он стал реже встречаться с людьми, сузил круг общения и перестал вести себя так, будто ему нужно постоянно быть в центре событий. Больше влияния он не искал. Напротив, старался не попадаться на глаза и не привлекать лишнего внимания. При этом старых союзников он не бросил. Просто стал заниматься другим. Вместо повседневных дел группировок он всё чаще брался за финансы, крупные расчёты, цифровые активы и задачи, где требовались и технические знания, и понимание денег.
Взрослая жизнь (25–35 лет)
К двадцати пяти годам Арку уже не поручали только мелкие задачи. За плечами были годы работы с компьютерами, связи с разными группировками и Hidden Zeland, после которой к нему стали относиться серьёзнее. Но сам он не считал, что теперь можно расслабиться. Хорошая репутация помогала находить нужных людей, зато могла привлечь и тех, кого лучше было не видеть. Постепенно Арк отошёл от дел, где нужно было постоянно появляться на виду, и сосредоточился на финансах. Его интересовали крупные расчёты, управление средствами, электронные платежи и криптовалюты. Он следил за рынком, изучал цифровые активы и пытался понять, куда всё это движется. Тогда криптовалюты многим казались непонятной и рискованной затеей. Арк смотрел на них как на новую технологию, в которой стоит разобраться. Он изучал цифровые кошельки, переводы, хранение активов и риски потери доступа к деньгам. Вскоре убедился, красивые обещания тут мало что значат. Надо понимать, как работает система, и заранее думать о том, что может пойти не так. Параллельно он помогал союзникам с финансовыми делами. Проверял документы, участвовал в обсуждении крупных расчётов, оценивал бизнес-проекты. Но клиенты у него были разные. Некоторые просили помочь скрыть происхождение денег или провести незаконные операции. Арк понимал, чем это может закончиться, однако именно в таких вопросах его знания особенно ценили. Он не пытался лично контролировать каждый шаг и не присваивал себе чужие полномочия. Обычно сначала разбирался в ситуации, предлагал вариант решения, а затем находил людей, которые могли выполнить нужную работу. Ему нравилось оставаться за кулисами. Показные выходки и бессмысленные конфликты он обходил стороной. Со временем у него появились постоянные контакты во всех пяти группировках. Русская мафия ценила его за умение работать с большим объёмом информации и не терять голову. Итальянские партнёры - за дисциплину. Армянские знакомые обращались к нему по финансовым вопросам и организации работы. Японцы ценили его внимательность, а мексиканские контакты - то, как быстро он приспосабливался к новым обстоятельствам. Но связи не делали его неприкосновенным. У группировок часто расходились интересы. Ссоры вспыхивали из-за денег, невыполненных обещаний или чужих поступков. Некоторые пытались использовать знакомство с Арком, чтобы выведать что-нибудь о конкурентах. Он далеко не всегда соглашался и не хотел становиться посредником в каждом споре. Однажды влиятельный знакомый потребовал передать сведения, которые могли серьёзно навредить другой стороне. Арк отказался и прямо сказал, что такая просьба выходит за рамки их договорённостей. Разговор закончился неприятно. Некоторое время казалось, что отношениям пришёл конец, но через несколько недель напряжение спало. Арку удалось сохранить контакты с обеими сторонами. Этот случай ещё раз показал ему, что быстрая выгода не всегда стоит последствий. В криминальной среде никто не доверяет другому полностью, но договорённости всё же что-то значат. Арк старался не нарушать их просто потому, что так было удобнее. В двадцать шесть лет он оформил собственное дело - Owned Digital Consulting. На бумаге компания занималась IT-консультациями, обслуживанием компьютеров и сетей, восстановлением данных и помощью бизнесу с цифровыми процессами. Собственная фирма дала Арку возможность работать с обычными предпринимателями, нанимать специалистов и развивать свои проекты. Появился и законный источник дохода. Правда, криминальные связи никуда не делись. Среди клиентов по-прежнему встречались люди, чьи дела выходили за рамки закона. Постепенно компания стала заниматься не только ремонтом техники. Арка заинтересовали анализ данных, автоматизация учёта и программы для работы с финансовой информацией. Он вкладывался в оборудование, оплачивал обучение сотрудников и приглашал специалистов, если задача выходила за пределы его собственных возможностей. К двадцати восьми годам у компании уже было несколько направлений. Первое - обычные технические услуги, второе - финансовые консультации, третье - частные проекты по личным договорённостям. Арк не любил выставлять достаток напоказ. Не покупал дорогие машины ради чужого восхищения, не искал известности и не рассказывал каждому встречному, сколько зарабатывает. Деньги он вкладывал в вещи, которые могли пригодиться позже, технику, недвижимость, специалистов и новые знания. Если какая-то тема его цепляла, он мог неделями в ней разбираться. Даже когда нужды считать каждую купюру уже не было, старые привычки остались. Он следил за расходами, с подозрением относился к громким обещаниям и старался иметь запасной план. В тридцать лет Арк впервые всерьёз задумался, чего вообще хочет от жизни. Деньги были, связи тоже, влияние постепенно росло. А вот людей, которым он мог доверять без оглядки, почти не осталось. Большую часть времени занимала работа. Новые знакомства он оценивал осторожно, и даже искреннее желание сблизиться порой казалось ему попыткой что-то получить. Он понимал, как дошёл до такой жизни. В юности этот путь помог ему выжить и почувствовать, что он хоть что-то контролирует. Позже он не раз вставал на сторону союзников, но заодно всё сильнее привязывал себя к криминальному миру. Просто закрыть компанию и перестать отвечать на звонки теперь было недостаточно. И всё же Арк не считал, что выхода нет. Он стал чаще браться за законные проекты, расширял круг обычных клиентов и отказывался от заказов, если возможные последствия не стоили денег. Полностью оборвать прежние связи пока не удавалось. Слишком много людей знали, на что он способен, а старые договорённости никуда не исчезли. О Hidden Zeland он тоже не забыл. Для большинства эта история так и осталась неизвестной, зато среди некоторых союзников она стала частью его репутации. Арк почти никогда не рассказывал, что именно произошло. Те, кому надо было знать подробности, и так были рядом в тот момент. Остальным он предпочитал ничего не объяснять. Его всё ещё тревожило, что старое расследование может однажды продолжиться. То, что в 2014 году следствию не хватило доказательств, не означало, что новые никогда не появятся. Иногда достаточно одного свидетеля, забытого документа или чужой ошибки, чтобы дело снова сдвинулось с места. С возрастом Арк стал осторожнее. В чужие споры лез редко, под давлением решений не принимал и старался не позволять эмоциям мешать работе. Некоторым он казался холодным. Сам он считал это способом не потерять контроль над собственной жизнью.
Настоящее время (35 лет)
На 12 октября 2026 года Арку тридцать тридцать пять. Через пятнадцать дней, 27 октября, ему исполнится тридцать шесть. Он всё ещё живёт в Лос-Сантосе, развивает Owned Digital Consulting и поддерживает отношения с представителями русской, итальянской, армянской, японской и мексиканской мафий. Со стороны его жизнь выглядит довольно спокойной. Арк не занимает официальных постов в преступных организациях, не участвует в уличных разборках и старается не появляться там, где его присутствие вызовет ненужные вопросы. Для обычных клиентов он предприниматель, который разбирается в компьютерах и финансах. Те, кто знает его прошлое, видят в нём человека, который умеет найти нужные контакты и разобраться с проблемой, когда другие заходят в тупик. В компании Арк следит за работой, развивает проекты и принимает основные решения. Бесполезные совещания он не любит. Ещё меньше ему нравится, когда сотрудники прячут ошибки за длинными объяснениями. Он ждёт, что человек понимает свою задачу и может объяснить, почему сделал именно так. А если чего-то не знает, лучше сказать об этом сразу. Сам Арк редко повышает голос - обычно ему хватает пары вопросов, чтобы всё понять. Со старыми союзниками отношения тоже изменились. Раньше он сам зависел от их помощи, теперь многие обращаются к нему. Он консультирует их по финансам, цифровым активам и крупным переводам. При этом часть заказов до сих пор связана с незаконными схемами и попытками скрыть происхождение преступных денег. Арк понимает, что эти связи отнимают у него свободу. Чем больше людей знает его возможности, тем сложнее предугадать последствия каждого решения. Просто перестать отвечать старым знакомым он не может. Кто-то воспримет это как предательство договорённостей. Но и выполнять любую просьбу только потому, что когда-то ему помогли, он больше не намерен. К новым людям он относится настороженно. О детстве рассказывает редко, о родителях почти не говорит, а разговоры о Hidden Zeland обычно сводит к паре коротких фраз. Он не скрывает, что вырос в неблагополучной семье и рано начал работать. Но оправдывать этим свои поступки не пытается. Смерть родителей по-прежнему оставила след, хотя Арк почти не показывает этого. Прошлое не вернуть, он это давно усвоил. Но пустой холодильник, ночёвки в мастерской и ощущение, что помощи ждать неоткуда, никуда не делись из памяти. Поэтому ему тяжело смотреть, как кто-то остаётся один в трудный момент. Сочувствие он редко выражает словами, чаще помогает делом. Иногда Арк поддерживает подростков, которым некуда обратиться, или небольшие проекты по компьютерной грамотности. Он никому об этом не рассказывает и не считает, что так исправляет прошлое. Просто знает по себе, насколько много может изменить один шанс - особенно если человеку дают возможность научиться чему-то полезному. В свободное время он всё так же возится с компьютерами. Следит за новыми технологиями, изучает программирование, возвращается к старым проектам, на которые раньше не хватало времени. Работать ему проще, чем обсуждать свои чувства. Несколько часов за сложной задачей - привычнее, чем разговор о том, почему он держит людей на расстоянии. Близких друзей у него немного. Большинство знакомых связаны с работой, общими интересами или взаимной выгодой. Но совсем одиноким Арк себя не считает. Он давно понял, что доверие появляется не сразу, и предпочитает держать рядом нескольких проверенных людей, чем окружать себя десятками случайных знакомых. Что делать дальше, он пока не решил. Арк хочет развивать законную часть бизнеса и постепенно отказываться от криминальных заказов. Но одних денег для этого мало, пока рядом остаются люди, которые помнят прежние договорённости. Выйти из такой среды быстро и без последствий вряд ли получится. Тут нельзя просто хлопнуть дверью и забыть обо всём. И всё-таки Арк не собирается позволять прошлому решать за него каждый раз. Он умеет анализировать информацию, сохранять спокойствие в напряжённой ситуации и находить выход, когда остальные уже не знают, куда двигаться. Эти качества помогли ему пережить тяжёлое детство, освоить профессию без чьей-либо опеки и добиться того, о чём многие ребята с улицы даже не мечтали. Сейчас Arc Owned сумел превратить свои знания в деньги и влияние. Но за это пришлось дорого заплатить. Он рано потерял родителей, долго жил без настоящего дома и привык постоянно думать, кому можно верить. Отделить личную жизнь от криминальных связей ему так и не удалось. Он не считает себя человеком, который победил обстоятельства. Арк знает, что далеко не все его решения были правильными. И понимает, что часть возможностей, которыми он пользуется сегодня, появилась благодаря поступкам, последствия которых уже не получится просто отменить. Для одних он талантливый специалист, который добился своего за счёт упорства и знаний. Для других - финансовый посредник, способный разобраться в сложных операциях. А те, кто помнит 2014 год, прежде всего связывают его имя с Hidden Zeland - операцией, после которой несколько союзников Арка сохранили своё положение, а он сам стал куда влиятельнее, чем был раньше. Он не ищет славы и не пытается доказать каждому встречному, что чего-то стоит. Сейчас ему важнее самому распоряжаться своей жизнью, развивать собственное дело и не возвращаться к тому, что осталось в детстве. Лос-Сантос, впрочем, не забывает людей так легко. Старые связи никуда не делись, интересы группировок меняются, а расследования, которые считались закрытыми, иногда снова всплывают. Арк знает, однажды ему может понадобиться пересмотреть правила, по которым он жил много лет. Если снова придётся выбирать между собственной безопасностью, верностью союзникам и будущим, которое он пытается построить, он постарается не решать всё сгоряча. Сначала разберётся, что происходит, подумает о последствиях - и только потом сделает выбор.
:
Kotoka Asterio — Head FNA ×1
